Он всматривался в толпу, надеясь увидеть дружеское лицо Чарлза Сатерленда, однако разглядел другое, тоже знакомое, но отнюдь не дружеское.

Он встретился взглядом с Филиппом, старшим братом Лорел. Его тут же поглотило море эмоций и воспоминаний. Филипп беседовал с гостями, одной рукой обнимая красивую женщину с каштановыми волосами, которая смотрела на него восхищенными глазами.

Филиппа природа наградила густыми, слегка вьющимися волосами того же золотистого оттенка, что и у его сестры; они были зачесаны назад, что придавало ему официальный вид. И глаза у него тоже были голубые, правда светлее, чем у Лорел; их холодный блеск соответствовал его расчетливой натуре. Филипп был довольно коренаст.

Даже в детстве он отличался избыточным весом.

Впоследствии он научился скрывать полноту, а сегодня она тем более не была заметна под безукоризненно сшитым костюмом. Белый смокинг подчеркивал его бронзовый загар - приобретенный, несомненно, на полях для гольфа, теннисных кортах и яхтах. Одним словом, перед Коннором предстал рафинированный, богатый молодой холостяк, наследник семейного бизнеса, который в настоящее время находился в руках его отца.

Коннор вспомнил, как Чарлз говорил ему, что Филипп работает в фирме Сатерленда с момента окончания колледжа, то есть уже четыре года. И Коннор не сомневался, что Филипп ожидает того дня, когда отец уйдет из дела, освободив для него свое место. При этом все, кто знал отца и сына, были уверены, что Филипп и вполовину не столь способен, как Чарлз.

Филипп кивнул, и Коннор кивнул ему в ответ, чувствуя горечь в горле. А Филипп тем временем опять повернулся к своим собеседникам и что-то сказал, после чего вся компания рассмеялась.

С первого взгляда Коннор понял, что Филипп Сатерленд совершенно не изменился. Никого на свете Коннор не презирал столь страстно. Испорченный, властный, эгоцентричный Филипп в детстве прилагал все усилия, чтобы отравить ему жизнь.