— Ни одной, — ответил он, когда они поднялись на второй этаж. — Она взяла с меня обещание. К тому же она не подписывает их. Но если бы она вдруг переменила свое решение, мои стены бы тотчас оголились.

Кесси охотно согласилась с ним. Среди акварелей было несколько работ, подсказавших ей идеи портьер и панно на стены, — идеи, которые позже надо будет хорошенько обдумать, решила она.

Комната Джастина была удивительно уютной. Пол покрывали шоколадно-коричневые с жестким ворсом ковры, обычная детская мебель заполняла просторную комнату. Одна из стен была расписана от руки.

На ней был изображен лес, где каждое животное, каждое насекомое имело свое лицо и свое выражение. Кесси зачарованно разглядывала настенную роспись и тотчас угадала руку художника.

— Это рисовала ваша сестра.

— Да. Это подарок Лины Джастину, — ответил он из ванной. Минуту спустя побежала вода, и она услышала, как протесты Джейсона сменились восторженным визгом. Он всегда любил купаться.

Интересно, любит ли Джастин воду, подумала Кесси, но ответ ей придется узнать в другой раз, потому что теперь он крепко спал, доверчиво прижавшись к ее плечу.

Она осторожно положила его на живот в детскую кровать и накрыла легким одеялом. Автоматически он всунул в рот большой палец. У него был такой блаженный и довольный вид, что Кесси не стала отнимать у него палец, опасаясь разбудить малыша.

Наклонившись над кроваткой, Кесси поцеловала Джастина и направилась в безукоризненную белоснежную ванную комнату, как и весь дом отделанную натуральным деревом. Трудно было бы сказать, кто получал больше удовольствия — Джейсон или его отец.

Рукава белой рубашки Трейса были закатаны выше локтя, и Кесси увидела забрызганные водой загорелые руки с темными волосками. Улыбка делала его гораздо моложе. Трейс, положив Джейсона на спину, учил его плавать, отталкиваться от воды крепкими маленькими ножками.