— Да, — ответила Хуана. — Может быть, сначала лучше переодеться?

— Нам надо поговорить с ним. Немедленно, — возразил он.

Дженни взяла его за руку и повела за собой. Она вдруг почувствовала, что совершенно не хочет видеть Маркуса. Почему-то ощутила во всем виноватой себя, а Маркус глупости не жалует. Это она очень хорошо знала.

— Маркус, можно на минутку?

Маркус Тайлер удивленно поднял голову, лихорадочно пытаясь понять, почему Ченс стоит в кабинете вместе с Дженни, а потом вспомнил, что сам попросил его встретить ее у автобусной остановки.

— О да, конечно. — Он сдвинул в сторону бумаги и встал, показывая жестом, чтобы они подошли поближе к пылающему камину. — Что случилось? — Пристально глянул на Дженни, в очередной раз недоумевая, за что Бог наградил его дочерью, почти одновременно отняв жену. Он так и не научился правильно себя с ней вести.

Девочка подтолкнула Ченса, прячась за его спину и давая понять, чтобы он первым начал разговор. Ей всегда было трудно разговаривать с Маркусом. Стоило огромного труда смириться с тем, что время от времени все-таки приходилось обращаться к отцу, но почти всегда она чувствовала себя ненужной ему. По крайней мере так она считала.

— На остановке Дженни столкнулась с небольшой проблемой, — заговорил Ченс.

Маркус нахмурился. Он не любил проблем. Девочка почувствовала, как в животе все сжимается в комок. Одного взгляда на отца было достаточно, чтобы понять, что он сердится.

— И что? — спросил Маркус. — Сейчас с ней, кажется, все в порядке. Дженни, что ты сделала?

Ченс прикусил губу. Черт бы побрал этого Маркуса!

Почему он полагает, что Дженни — причина всех возникающих проблем? Неужели не видит, как она расстроена?

— Она защищала свою честь, — пояснил Ченс и глубоко вздохнул, надеясь, что своим вмешательством не рискует потерять работу. Ему очень были нужны покой и безопасность, которые он обрел здесь. Но он также хорошо понимал, что Дженни сейчас находится в не меньшей безопасности, чем он сам. Деньги деньгами, но девочка тоже была предоставлена самой себе.