В том, что случилась та катастрофа, отнявшая у нее мужа и дочь, она винила себя. Это чувство точило ее, словно ржавчина железо, на протяжении нескольких месяцев. Кэрри считала, что должна была предчувствовать трагедию. Дальше так жить невыносимо. Следует как-то покончить с этим. Настала пора сделать выбор: либо дать поглотить себя прошлому и постепенно умирать, либо возродиться из пепла страданий и горечи и устремиться в будущее. Медленно, мучительно она пыталась жить дальше.

  Те знания, которые она получила благодаря своему ребенку, сейчас очень пригодились. Казалось, между ней и этим брошенным на произвол судьбы крохой возникли некие связующие нити. Кэрри чувствовала себя ответственной за него, и это подпитывало ее жизненные силы.

  Она отогнала тяжелые мысли и оглянулась, мечтая о том, чтобы поскорее оказаться в спокойном районе.

  -  У тебя есть с собой оружие? — спросила она у Макса.

  -  К несчастью, я забыл взять с собой мой «Глок», - усмехнулся Макс. Но от Кэрри не укрылась настороженность в его взгляде, которым он быстро окинул окрестности. — Если бы только знать, что он мне понадобится!

  -  Вот! — улыбнулась она. — Сразу видно, что ты никогда не был бойскаутом.

  Он искоса посмотрел па нее долгим взглядом. — И каким образом мне сейчас это помогло бы? Она пожала свободным плечом и прижала ребенка к другому плечу.

  - Ты бы знал об их девизе «Будь готов!».

  -  О, я готов.

  -  Но все же ты не настоящий техасец, верно? - Она вздохнула, сделав вид, что очень жалеет об этом.

  - Я итальянец. Знаешь, это ничем не хуже. И даже в некотором роде лучше.

  -  Вот как?

  -  Мы наслаждаемся жизнью больше, чем большинство остальных. Мы сердечны, преданны и великодушны к ошибкам. - Он заговорил тише, и она затрепетала от его хриплого голоса: — И еще мы самые страстные любовники на земле.