Парня, который подошел к скамейке, звали Максим Куликов. И это тот еще фрукт, скажу я вам. Москвич, богач, эгоист с жуткой завышенной раз в сто самооценкой. Красивый, конечно, гад, но не по мне рубашка шита.

Он подошел ко мне и заулыбался приторно-сладкой улыбкой. Я ответила ему тем же.

— Здравствуй, Славина! — нараспев произнес он.

— Здравствуй, Куликов! — вторя ему, ответила я.

Он засунул руки в карманы дорогой куртки и состроил на лице ехидную гримасу.

— Кого-то ждешь?

— Жду.

— Парня, может быть? — предположил он с усмешкой.

— Может быть, — ответила я равнодушно.

— Кто-то на тебя клюнул?

Это было оскорбление. По моему мнению, по крайней мере.

— Ну, на тебя же клюют. Находятся же дуры!

Ответ ему не понравился. Потому что тоже являлся скрытым оскорблением. Он помрачнел, глаза сузились в гневе, губы поджались.

— А где же твои подружки? — спросил он, решив оставить эту тему.

— А зачем тебе? — спросила я в ответ — Хочешь с Дашкой поболтать?

Я его снова разозлила. Это было видно и невооруженным взглядом. И дураку понятно, что болтать с Дашкой у него не получилось бы и при всем его желании. А у него такого желания и не было никогда.

— Так зачем?

— Ты всегда с ними ходишь. А сейчас почему-то одна. С чего бы это?

— Ну, ты высказался на этот счет, — пожала я плечами — Разрешу тебе потешить свое самолюбие и не буду возражать.

Максим посмотрел на меня с удивлением.

— То есть хочешь сказать, что действительно ждешь здесь парня?

— Что тебя удивляет, Куликов? Мне двадцать один год, в конце-то концов!

Максим усмехнулся. Зло усмехнулся, как мне показалось.