На террасе появилась миссис Льюис, начала убирать со стола, и Морин в спешке приготовлений к выходу выбросила эту проблему из головы. Поспешно надев элегантный светлый костюм – один из тех, что были специально предназначены для выездов в город, она выскочила из дому. Как бы хорошо ни было организовано мероприятие, Морин знала, что в последний момент всегда всплывает масса недоделок.
Но позже, уже когда она с головой погрузилась в подготовку показа мод – этот показ должен был, на ее взгляд, принести большой доход Фонду любителей книги, – она нет-нет да и возвращалась к мысли, что Ллойду стоило бы увидеть ее именно сейчас и здесь, стоило оценить ее способность объединять людей, время и события, чтобы все работало как часы. Как жаль, думала она, что у него даже нет желания взглянуть на нее со стороны и отметить, как она держит в голове десятки самых разнообразных дел, как умеет наладить работу и, что самое главное, направить энергию неопытных людей в нужное русло и тем самым сплотить их в единую команду. Если бы только он все это понял… Может быть, тогда он перестал бы утверждать, что она не в состоянии справляться с домашними проблемами.
К тому часу, когда Морин уже отправилась домой, довольная тем, что Фонд любителей книги стал богаче на несколько тысяч долларов, она чувствовала себя скорее возбужденной, чем уставшей.
Времени, чтобы понежиться в ванной, у нее не было. Она быстро приняла душ и, уже подсушивая волосы, подумала, что с нетерпением ждет приема, даже несмотря на столь загруженный день. Потом надела длинное узкое платье цвета меда и направилась вниз – проверить, все ли готово к приему, и помочь миссис Льюис на кухне. Тогда-то ей в голову и пришла довольно неприятная мысль: а может, пренебрежение Ллойда к ее благотворительным шоу и балам как раз и связано с тем, что сама она их так любит? Может быть, ему неприятно видеть ее восторг и удовлетворение своими успехами?