– Полгода. Разве этого недостаточно?

– Почему, вполне достаточно.

– Вообще-то мы с Кейтом влюбились друг в друга с первого взгляда, – сообщила Кэтрин. – Это был, как говорят французы, coup de foudre.

Мередит улыбнулась.

– «Удар молнии»… Да, я понимаю, что ты хочешь сказать.

– У тебя с моим отцом тоже так было? Мередит помолчала.

– Нет, не совсем, Кэт… А впрочем, да. Кроме того, мы долгое время не могли сказать друг другу о своей любви.

– Вы же не могли. Ну, я имею в виду, у вас были особые обстоятельства. Это, наверное, было ужасно.

– Да нет, не ужасно, Кэт, просто немного странно. Ладно, это такая старая история, зачем ее вспоминать.

– А с Дэвидом у тебя был coup de foudre?

– Нет, – ответила Мередит, впервые за несколько лет подумав об отце Джонатана. – Мы любили друг друга, но это не было… безумной страстью.

– Я всегда это подозревала. А вот у нас с Кейтом и вправду безумная страсть, так что я обязательно отвечу ему «да». Ты действительно не возражаешь, мама? – снова спросила Кэт.

– Наоборот, я очень рада, дорогая. Если он сделает предложение, когда я буду в Лондоне или Париже, позвони мне сразу, ладно?

– Обязательно. Спорим, мы сделаем тебя бабушкой… ты и квакнуть не успеешь, – хихикнула Кэтрин.

– Ты не беременна? – поинтересовалась мать.

– Не говори глупостей, мама, конечно, нет. Но долго раскачиваться я тоже не собираюсь. Детей надо заводить, пока не состарилась.

Мередит прыснула.

– Не смеши меня. Тебе только двадцать пять.

– Знаю. Но я хочу родить пораньше, как ты.

– Ты всегда была курочкой-наседкой, даже в детстве. Ну ладно, извини, мне пора. Сегодня вечером Джонас отвезет меня в «Серебряное озеро», а завтра у меня встреча в «Горных вершинах». В Нью-Йорк вернусь завтра вечером. Спокойной ночи, Кэт. Я люблю тебя.

– И я тебя люблю, мамочка. Поцелуй за меня Бланш и Пита. И не переутомляйся.