Она во второй раз пожала ему руку.

Не выпуская ее руки из своей, он широко улыбнулся, обнажив прекрасные зубы. На загорелом лице они казались белоснежными.

Она улыбнулась в ответ.

Он вдруг рассмеялся без видимой причины.

Она тоже засмеялась, совершенно покоренная человеком, которого видела первый раз в жизни.

Все еще держа девушку за руку, Джек повел ее к двери; велосипед Мередит катила рядом с собой.

– Заходите. Думаю, будет лучше, если ваше транспортное средство мы оставим снаружи, – сказал он и хмыкнул.

Смутившись, Мередит кивнула, высвободила руку и прислонила велосипед к перилам крыльца.

– Хороший у вас велосипед.

– Это не мой. Я взяла его напрокат, потому что доехать сюда могла только на велосипеде.

– А где вы живете?

– В Нью-Престоне. Мы живем возле озера Варамог. – Она оглянулась на озеро, видневшееся за деревьями, и добавила: – У вас тут красивое озеро.

– Серебряное озеро, – отозвался Джек. – Когда-то, несколько сотен лет назад, у него было другое название, индейское. Озеро Ваппаконака. Но мой предок купил эту землю, и местные жители стали называть озеро Серебряным, так с тех пор и повелось. А гостиницу, само собой разумеется, назвали «Серебряное озеро». Ее построил тот же мой предок в 1832 году – сто шестьдесят три года назад. Мередит посмотрела на гостиницу.

– Очень красивое старинное здание.

– Пойдемте внутрь. Я хочу познакомить вас с Амелией.

Едва ступив за порог гостиницы, девушка поняла, что место это совершенно особенное. Покрашенные в темно-розовый цвет стены делали холл уютным и очень домашним, отполированные полы сверкали, как зеркало. Она взглянула на старинный резной сундук, на два кресла с высокими спинками и маленькую потемневшую конторку, и даже ее неискушенному взору было ясно, что это очень дорогая антикварная мебель.

Повсюду стояли высокие хрустальные вазы со свежими цветами и керамические горшки с комнатными растениями, их аромат окутал Мередит душистым облаком – запахи мимозы, гиацинтов, нарциссов смешивались с запахами пчелиного воска, лимона, сухих розовых лепестков и густым сладким яблочным ароматом, доносившимся откуда-то из кухни.