– Диспетчерская! Это Даллас. Лейтенант Ева Дал­лас. Я в двух минутах езды от Седьмой авеню. Вызов приняла.

– Принято, лейтенант Даллас, – откликнулась ра­ция. – По прибытии на место доложите обстановку. Поняли меня?

– Поняла. Отключаюсь.

Вскоре Ева остановила машину у тротуара и подняла голову вверх, на высокое здание серо-стального цвета. Некоторые окна уже зажглись, но на восемна­дцатом этаже не было ни одного огонька. Код 1222 оз­начал, что по этому адресу зарегистрирована семейная ссора.

Ева вышла из машины и автоматически поправила на боку кобуру с оружием. Ей ни капельки не хотелось, чтобы первый же рабочий день начался с неприятнос­тей, а разбираться с чужими домашними неурядицами, которые вспыхивали по поводу любого пустяка, было для любого полицейского сущим кошмаром. Мужья, жены и любовницы обычно дружно набрасывались на несчастного копа, который всего лишь пытался разнять их и не позволить прикончить друг друга.

Собственно говоря, Ева приняла этот вызов лишь из-за того, что изголодалась по работе и не хотела во­зиться с бумажной рутиной, которая ожидала ее в уп­равлении.

Преодолев несколько ступеней крыльца, она вошла в подъезд и позвонила в квартиру 2А. Откликнулся мужчина. Она подержала свое служебное удостовере­ние перед дверным глазком, а когда мужчина осторож­но приоткрыл дверь, не снимая цепочки, еще раз пома­хала им перед его глазами-бусинками.

– Что у вас тут стряслось? – осведомилась она.

– Не знаю. Мне позвонили копы. Я – управляю­щий домом. А сам я ничего не знаю.

– Понятно… – протянула Ева. От мужичонки нес­ло нестираными простынями и, почему-то, сыром. – Можете впустить меня в квартиру 18В?

– Зачем? У вас ведь наверняка имеется универсаль­ный ключ, разве нет?

– Разумеется, – ответила Ева, окинув мужчину бы­стрым оценивающим взглядом, и тут же вынесла мыс­ленный приговор: маленький, костлявый, неопрятный и перепуганный. – Но перед тем как я туда войду, рас­скажите быстренько о жильцах.