Корт решил положить письма на место, надеясь прочесть их при дневном свете, когда она отправится на прогулку верхом.

Аннелия сбросила простыню, и брови Корта поползли вверх при виде открывшегося ему зрелища. На ней была шелковая рубашка, отделанная дорогими кружевами. У него дух перехватило, когда Аннелия согнула колено.

У Корта жгло руки, ему хотелось погладить ее, провести ладонями по красивым формам, заставить ее потянуться к нему. Ему даже не удалось сдержать звук, вырвавшийся из глубины его груди.

Хотя она не проснулась, но проговорила что-то на каталанском и перевернулась на спину. Одна ее рука была откинута в сторону, другая лежала на груди. Грудь была совершенной формы. С трудом сдерживая стон, Корт сжал кулаки. Она прятала от мира не только свои восхитительные волосы.

Корта влекло к ней. Но раньше, представляя себе, как это может произойти, он видел, как заставляет ее поднять руки и погружается в нее, твердый и сильный. Погружается до тех пор, пока она не закричит от восторга и презрение в ее глазах не уступит место страсти.

Теперь же он мечтал о том, чтобы соблазнить ее, чтобы она позволила лизнуть ее золотистую кожу. Позволила войти в нее. Он будет спокоен, поскольку знает, что никогда не сможет сделать ее беременной.

Он провел рукой по брюкам. Но такая женщина не захочет близости с ним, а он ни за что не позволит себе силой овладеть ею.

Корт был негодяем. Он без малейших колебаний причинял людям невероятные мучения. Но даже он не мог позволить себе оставаться в доме наедине с невинной молодой девушкой, когда в мечтах своих уже совокуплялся с ней.

Он должен немедленно покинуть этот дом и отправиться на поиски друзей. Усилием воли Корт заставил себя отвернуться от нее. Засунул письма в ящик, с шумом закрыл его, втайне надеясь, что она проснется. Но она крепко спала.