Родриго вышел из машины и, взяв женщину под мышки, потащил с сиденья. Тадео помогал ему, но потом Родриго подхватил ее под колени второй рукой и поднял, прижав к груди. Женщина была среднего роста, около пяти с половиной футов, но довольно субтильная — даже в одежде она весила так мало, что Родриго нес ее без особого напряжения.

—Доктор Джордано еще здесь? — спросил он и получил утвердительный ответ. — Передайте ему, что он мне нужен. — Родриго поднял Лили на второй этаж, в спальню для гостей. Ее бы не мешало отвезти в больницу, но охоты отвечать на вопросы посторонних у Родриго не было, а представители властных структур порой бывают до невозможности властными. Умрет так умрет. Он сделал все, что мог. Нельзя, конечно, сказать, чтобы Винченцо Джордано, который больше не практикует, а работает все дни напролет в финансировавшейся Сальваторе лаборатории в пригороде Парижа, был ненастоящим врачом, но все же не исключено, что если бы Сальваторе вызвал «скорую» пораньше и попросил отвезти его в больницу, то был бы сейчас жив. И тем не менее Родриго не подвергал сомнению правомерность принятого отцом решения обратиться именно к доктору Джордано, он даже понимал его. Когда в защите пробита брешь, осторожность — это все.

Родриго опустил Дениз на кровать и склонился над ней, разглядывая ее и задаваясь вопросом, чем она все-таки могла приворожить отца. Ведь Сальваторе знал толк в женщинах. А в этой не было ровным счетом ничего особенного. Сейчас она выглядела и вовсе ужасно: нечесаные слипшиеся волосы, лицо как у покойника. Но и в свои лучшие минуты она не была красавицей. Лицо чересчур худое, чересчур аскетичное да ко всему прочему и прикус неправильный. Впрочем, именно благодаря этому прикусу ее верхняя губа выглядела полнее нижней, и это придавало ее чертам некую пикантность, которой в противном случае она была бы лишена.

В Париже сколько угодно более красивых и стильных женщин, чем Дениз Морель, но Сальваторе, поди ж ты, захотел именно эту, причем проявил такое нетерпение, что не стал дожидаться, пока о ней соберут всю информацию. Первые два раза, неожиданно для него, она отказала ему в свидании, и нетерпение Сальваторе переросло в одержимость. Неужели она вскружила ему голову настолько, что он забыл об осторожности? И не является ли эта женщина косвенной виновницей его смерти?