– Майор, – любезно ответила она, – я всегда готова служить нашему делу… хотя признаюсь, что это задание мне глубоко неприятно.
Лейтенант Эмери предупредил своего командира об отношении Клэр к просьбе ухаживать за тяжело раненным Стюартом Уэлсли, так что майора не удивил ее резкий ответ.
– Мисс Будро, – сказал он, – я понимаю ваше нежелание помочь этому человеку, но, поверьте, ваше самопожертвование не останется без награды.
– Я не ищу наград, – холодно парировала Клэр, – но сделаю все, что в моих силах, чтобы вы могли допросить капитана Уэлсли. Это и станет для меня наградой.
Разговор постепенно превратился в светскую беседу, и майор Андерсон явно повеселел в обществе прелестной девушки. Улыбаясь, он сказал, что рад наконец познакомиться с дочерью своего друга, о храбрости которой все наслышаны, солдаты же просто обожают ее за доброту и самоотверженность, которые она проявляла в борьбе за их жизни. Да-да, о Клэр стали слагать легенды…
И все же, несмотря на то, что ее знали многие из солдат в форте, комендант счел необходимым предупредить их о суровом наказании в случае неподобающего поведения по отношению к девушке.
Теперь, разговаривая с Клэр Будро, комендант понял, что поступил совершенно правильно. Она была поразительно красива, и присутствие такой женщины среди солдат воистину чревато волнениями.
Улыбка на лице Андерсона хорошо скрывала его беспокойство, и Клэр без колебаний последовала за ним, когда майор, ловко подхватив сундучок с ее вещами, сказал:
– Пойдемте, мисс Будро, я покажу вам вашу комнату.
– Благодарю вас, майор, – улыбнулась Клэр. – Я только переоденусь и сразу займусь капитаном Уэлсли.
Андерсон проводил Клэр к деревянному зданию, в котором размещался лазарет, провел ее по длинному, узкому и темному коридору и открыл дверь в крошечное помещение. Ночью, спешно освободив комнатушку от ненужного хлама, лейтенант Эмери устроил в ней временное жилище для Клэр. Здесь было все необходимое: узкий топчан с матрасом и одеялом, маленький столик и стул, а также деревянная подставка с тазиком и кувшином с водой для умывания. В углу заботливая рука прибила деревянную перекладину, чтобы было где повесить вещи. Пол блистал чистотой.