– Лейтенант, что это? – спросила девушка, указывая на бутылку с бурой жидкостью.

Эмери посмотрел на жидкость и прочитал надпись на этикетке:

– Лауданум…

Клэр презрительно фыркнула.

– Неудивительно, что он до сих пор не очнулся, хотя, может, это и к лучшему, – задумчиво проговорила она. – По крайней мере он не чувствует боли.

Но, приподняв край пропитанной кровью повязки, Клэр услышала протяжный стон. Значит, Стюарт все же испытывал боль, когда она отрывала грязные бинты от кровоточащей, воспаленной раны.

После нескольких месяцев работы в госпиталях Атланты Клэр могла безошибочно оценить состояние раны. Она была уже опытной и умелой сиделкой. Глядя теперь на грудь Стюарта Уэлсли, она поняла, что спасти капитана будет очень трудно. Хирург уже пытался извлечь пулю, которая застряла глубоко, возможно в позвоночнике, однако его неуклюжие действия скорее навредили, чем помогли раненому. Рану искромсали и зашили, и с тех пор о Стюарте никто не позаботился.

– Господи, лейтенант! – вскричала Клэр. – Этот человек нуждается в срочной помощи. Сходите за врачом!

– Мисс Будро, – успокаивающе проговорил Эмери, – я только что объяснил вам, что доктор придет сюда, как только закончит операцию…

Лейтенант нервничал, Клэр почувствовала угрызения совести: нельзя требовать от человека невозможного.

– Извините меня, – пробормотала она, – но мне трудно понять, почему этого человека оставили без помощи. Повязку наложили вчера, да к тому же в рану занесли инфекцию. Капитан Уэлсли тяжело ранен, и он умрет, если о нем не позаботятся. Вчера вы, а сегодня и майор Андерсон заверяли меня в том, что жизнь пленного для нас бесценна. Так в чем же дело?