Леди Фентон удивленно приподняла брови – уж слишком большую горячность она подметила в тоне Дейрдре, – но благоразумно воздержалась от замечаний. Вскоре беседа потекла по обычному руслу. Обе леди принялись оживленно обсуждать возможность побывать на разных званых вечерах, которые месяц пребывания в Лондоне сулил провинциальной девушке, занятой поисками мужа.

На следующее утро Дейрдре в сопровождении горничной направилась на квартиру брата, которую тот недавно снял. Как и многие молодые светские повесы, Арман Сен-Жан снимал комнаты над бесчисленными магазинами, расположенными в модном округе Бонд-стрит. Так как Портмен-сквер находилась на севере района Мейфэр, а квартира Армана недалеко от Пиккадилли, южной границы части Лондона, где располагались преимущественно жилые кварталы, Дейрдре предстояло пройти с полчаса пешком, но поскольку путь ее лежал через улицы с самыми престижными модными магазинами Англии, если не всей Европы, то медленная прогулка по этимг улицам не могла быть ей неприятна.

Из нечастых писем Армана она знала, что он живет недалеко от отеля в так называемой «Академии джентльмена Джексона», месте, где собралось не менее трети, как говорилось в слухах, драчливых молодых мужчин аристократического происхождения, называвших себя «коринфянами». Эти джентльмены увлекались многими мужскими видами спорта и отличались мужскими же добродетелями, не жалуя праздной жизни и вялых манер презренных щеголей. Тем не менее Дейрдре тешила себя надеждой, что Арман Сен-Жан, будучи коринфянином или не будучи им, по всей вероятности, находится еще в постели. Оказавшись на Бонд-стрит, она принялась разглядывать номера домов над дверьми модных магазинов, как вдруг услышала свое имя, произнесенное приятным баритоном, и сердце ее забилось быстрее. Дейрдре остановилась, чтобы успокоиться.

Голос снова повторил ее имя, она медленно обернулась и тут же встретилась глазами с графом Рэтборном.