Это был ее замок, ее сад, и цветок, который она держала в руке, тоже принадлежал ей. «Я увезу его с собой, — решила она, — и посажу в ящик на окне».

— Ты сообщила о своем приезде? — спросила мисс Паргайтер.

— Я послала телеграмму, — ответила Хелли.

Она потянула за железное кольцо звонка, и, подождав секунду-другую, мисс Паргайтер снова спросила:

— Может быть, они ее не получили?

— Это было три дня назад, — сказала Хелли. Но в доме было что-то уж чересчур тихо. Если их и ожидали, то они вряд ли были желанными гостями. — Подожди здесь, а я обойду дом и постараюсь найти кого-нибудь. Может быть, они не слышали звонка.

Позади дома был огород. Обойдя дом, Хелли увидела то, что раньше закрывала от нее стена сада, — за садом простиралась вересковая пустошь. Она просто застыла. Это был мир дикий и пустынный, и, насколько она могла видеть, кругом один за другим высились красноватые холмы.

Внезапно тишину нарушил резкий, сердитый крик. Хелли обернулась. Она увидела открытую дверь и вошла. Внутри что-то происходило. Она слышала громкий мужской голос, но не могла разобрать слова.

Дверь черного хода вела на кухню, а из кухни можно было пройти в холл. Стены холла были обшиты темными панелями. Лестница вела на галерею. Выложенный каменной плиткой пол был свежевымыт, Хелли увидела щетку, ведро с водой и плотного седого мужчину, который рычал на мисс Паргайтер, стоявшую, высоко подняв свой римский нос, с видом глубочайшего презрения. Когда он остановился, чтобы перевести дух, она ответила ледяным тоном:

— На звонок никто не ответил, и я толкнула дверь. Дверь открылась, и я вошла.

— И перепачкали мне весь пол. — Он сердито посмотрел на нее. — Звонок не работает. Все знают, что звонок не работает. Стучать надо было.

— Неужели?

Хелли едва сдерживалась, чтобы не рассмеяться, но чувствовала, что смехом можно все испортить. Она сказала: