А потом, когда Йо-Йо Ма заиграл «Le Grand Tango», Адам пошевелился и взял меня за руку. В любом другом случае это было бы отвратительное «зеваю и пытаюсь скрыть скуку» движение. Но Адам не смотрел на меня. Его глаза были закрыты, и он немного покачивался, сидя в кресле. Он тоже наслаждался музыкой. Я сжала его руку и мы сидели так до конца концерта.

Позже мы купили кофе и пончики и прогуливались вдоль реки. У воды нас окутал легкий туман и Адам снял свой пиджак, накрыв им мои плечи.

- На самом деле ты получил билеты не от друга семьи, так? – спросила я.

Я думала, что он рассмеется или шутливо вскинет руки, как обычно делал, когда я побеждала в споре.  Но он смотрел прямо на меня, и я видела, как его глаза отливают зелеными, коричневыми и серыми огоньками. Он покачал головой.

– Две недели подработки доставщиком пиццы, - признался он.

Я остановилась. До меня доносился мягкий звук плещущейся воды.

 – Почему? – спросила я. – Почему я?

- Я никогда не встречал человека, который бы так же сильно проникался музыкой, как  ты.  Вот почему мне так нравится наблюдать за тем, как ты играешь. У тебя на лбу в эти моменты появляется самая прекрасная складочка, которую я когда-либо видел. Вот здесь, - сказал Адам, дотрагиваясь до моего лба. – Я одержим музыкой, но даже я не живу ею так, как ты.

- И что? Я для тебя социальный эксперимент? – Я хотела   пошутить, но получилось не очень.

- Нет, ты не эксперимент, – сказал Адам  хриплым и прерывистым голосом.

Я почувствовала как кровь прилила к моей шее и я покраснела.