– Ты хоть немного поспала? – сочувственно спросила Робин.

– Чуть-чуть, – пожимая плечами ответила Катринка. – А ты?

Только вчера они обе вернулись из Лондона.

– Совсем мало.

Охранник сел рядом с Лютером, и машина двинулась на восток.

Дом, который Катринка с Марком ван Холленом купили сразу же после женитьбы, находился на Шестьдесят второй улице, от него было рукой подать до отеля «Прага» и квартиры, где Катринка жила раньше с Адамом Грэхемом. Таковы были правила: богатые стремились жить в одном месте, ходить в одни и те же рестораны, присутствовать на одних и тех же гала-представлениях. Катринка тоже не слишком задумывалась о том, чтобы перебраться куда-нибудь подальше от Адама. Во-первых, она хотела жить как можно ближе к двум своим нью-йоркским отелям, а, во-вторых, к тому времени, когда они с Марком решили соединить свои судьбы, Адам перебрался в Лос-Анджелес, намереваясь вдохнуть новую жизнь в свою кинокомпанию. Она считала, что он преуспеет, но, похоже, опять заблуждалась, как уже не раз ошибалась в своих предположениях на его счет.

В отношениях с Марком она не должна повторить эту ошибку. Мысль о нем вызвала мгновенную боль, сменившуюся гневом. Неужели он не мог уступить ее просьбам?

Катринка почувствовала прикосновение чужой руки, и, повернувшись, увидела, что Робин протягивает ей кружевной носовой платок.

– Спасибо, у меня есть свой, – сказала она, раскрывая сумочку.

Лютер повернул машину на Мэдисон-авеню, направляясь к похоронному бюро Кемпбелла, которое располагалось на Восемьдесят первой улице. Уличные пробки сегодня не раздражали обычно нетерпеливую Катринку, которой, может быть, впервые в жизни не хотелось никуда спешить. Глядя сквозь затемненное стекло машины, она заметила швейцара «Праги», который быстро подошел к краю тротуара, чтобы поймать такси. Пора заменить его униформу, отметила она, и сказала об этом Робин.