— Спасибо, Джонни, но я не хочу, чтобы у тебя были неприятности.

— Не бойся, Клер, не будет. Но я беспокоюсь за тебя. Я пошлю кого-нибудь встретить тебя в аэропорту и отвезти, куда ты захочешь.

— Нет! Никого не посылай. Мне тошно от охраны и шоферов. Кроме того, никому нельзя доверять.

— Тебе нельзя быть одной. А если тот маньяк найдет тебя? Я найму кого-нибудь, кто будет телохранителем и шофером, но не скажу ему, кто ты на самом деле.

— Никаких шоферов, никаких телохранителей! Ой, кто-то идет. Надо прощаться. Никого не посылай… И не беспокойся обо мне. Я свяжусь с тобой не раньше чем через месяц. Вероятно, твой телефон будут прослушивать, когда узнают, что я ушла. Я не могу дать им шанс найти меня. Спасибо еще раз, Джонни».

Тайс вынул кассету из магнитофона и положил в карман рубашки. Он обеспечит наблюдение за «Клер Джонс» по всему ее пути. Очевидно, она движется к востоку от Лос-Анджелеса, что займет несколько часов, плюс ожидание, о котором говорил ее кузен. Поскольку Тайс находился в своем центральном офисе в Чикаго, то, если немного повезет, на самолете своего агентства он попадет в аэропорт раньше ее.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Она исчезла. Сбежала в четверг после полудня во время посещения магазина — чуть менее фешенебельного, чем ее парижский бутик или магазины на Родео-драйв, но не такого, чтобы от презрения кривить рот. Зайдя в комнату отдыха, она поспешно переоделась, прошмыгнула мимо телохранителей и вышла в настоящий мир.

Дальнейшее путешествие оказалось непростой задачей.

Ей пришлось самой ловить такси на оживленной улице Лос-Анджелеса, где толпы людей бросались на каждую машину. Она ждала в длинных очередях в аэропорту, умирая от страха, что ее поймают с фальшивыми документами. Она мучилась от восторженного пронзительного свиста молодых солдат и выдержала несколько часов непрерывной болтовни соседки по самолету.