— Мисс Тайлер… — В его взгляде промелькнула доброта, когда он поправился: — Мэдди. Вы уверены, что без вас не обойдутся?

Злое чувство, которому она не смогла найти название, заставило ее вздернуть подбородок.

— Будьте уверены, если мне удастся убедиться, что Боу будет счастлив, я уйду с чистой совестью и с радостью благословлю вас обоих.

— Но ведь мне не нужно ваше благословение.

Стараясь не забывать о том, что Джек единственный здравствующий родственник мальчика, она уступила:

— Полагаю, что не нужно. Похоже, вам вообще ничего не нужно, особенно эта стычка. — Скрестив руки на груди, она встретила его твердый взгляд. — Я права?

Когда Джек вместо ответа одарил ее взглядом своих удивительных глаз, в глубине которых плясали золотистые искорки, Мэдди почувствовала сильное возбуждение. Уняв трепет, она поднялась.

Если она уйдет, то ничего не добьется, но на сегодня с нее хватит. Для описания его привлекательности более всего подходил термин «животный магнетизм». Джек Прескотт был уникален, чрезвычайно хорош, но совсем не гуманен. Черта с два Мэдди уйдет, не сказав ему об этом.

— Я уважала Далию, — выдавила она, к ее горлу подступил болезненный ком. — Я любила ее как сестру, но не могу представить, о чем она думала, когда решила доверить вам этого драгоценного ребенка…

Ее глаза жгли невыплаканные слезы. Мэдди покатила коляску к выходу. Джек окликнул ее, но она не обратила на него внимания. Он заинтересован в благополучии ребенка не более чем она в том, какая команда выиграет в чемпионате по метанию дротиков. Пусть летит обратно к своим опаляемым солнцем красным равнинам, а она останется с Боу в цивилизованном мире. Так или иначе, ребенок не должен расти среди пустоши.