— Абсолютно верно, — согласилась Мэдди.

Затем они одновременно произнесли:

— Я возьму его.

Однако Джек не отдал им ребенка и нахмурил бровь поверх очков с зеркальной поверхностью:

— Я выгляжу беспомощным?

Мэдди моргнула:

— Вы хотите его переодеть?

В ответ он выгнул бровь.

Она постаралась сформулировать иначе:

— Я имею в виду, вы не хотите сначала этому научиться?

— За один рабочий день я стригу более двухсот овец. — Он осторожно прошел мимо женщин. — Думаю, мне удастся присыпать его тальком и запеленать.

Пеленать Боу не следовало; Далия надевала ему подгузники. Именно они лежали в большой сумке. Однако Мэдди не сказала ни слова. Если Джек хочет прямо сейчас взять на себя бразды правления и доказать свое умение, спорить никто не станет.

Ведь этот человек стрижет за день две сотни овец.

Стоя на верхней ступеньке лестницы, Мэдди заметила Нелл, которая внимательно отслеживала каждое движение Джека.

— Вы, должно быть, умаялись от жары, — говорила Кейт, также поднимаясь по лестнице.

Когда Нелл побрела в дом за Джеком, Мэдди последовала за домработницей.

— Я немного хочу пить.

— Хотите чаю?

— Я предпочла бы что-нибудь холодное, если можно.

Продолжая подниматься по лестнице, Кейт понимающе и задумчиво вздохнула:

— Мой муж был работником на ферме. Мы встречались с ним две недели. Не успела я опомниться, как мы поселились с ним в лачуге на севере страны. Выжженная земля. Крокодилы. Никогда не думала, что привыкну к жаре, ужасной пыли и мухам. — Уголки ее губ приподнялись. — Но и вы привыкнете.

Мэдди подула на волосы, прилипшие к ее лбу:

— Я здесь не задержусь, поэтому выяснить это мне не удастся.

В Сиднее ее ждет карьера, друзья, веселая жизнь. Расставание с Боу будет для нее тяжелым — она прихлопнула очередную муху, — но она уже знала, что не будет скучать по этой местности.