– Я и не думаю сходить по нему с ума! – возмутилась Джесс. – Просто он был первой настоящей знаменитостью, которую я увидела живьем, и была слегка… Ну, хорошо, я почувствовала некоторый трепет, – добавила она не очень убедительно. – Я… ладно, не стоит об этом.

Джесс открыла дверь в свою комнату и потянула за собой кузину. Одри запротестовала:

– Джесси, я хочу принять душ.

– Только присядь на минутку, я должна тебе что-то показать. – Она достала из ящика туалетного столика папку с бумагами и, протягивая ее кузине, пробормотала: – Боюсь, ты возненавидишь меня за это.

Одри присела на кровать, просмотрела пару страниц, а потом вынула из конверта, лежавшего на дне папки, пачку газетных вырезок. Лицо ее застыло.

– Кто надоумил тебя на такое, Джесс? – тихо спросила она.

– Пару месяцев назад я разговаривала с Джеком Симпсоном и, естественно, просила у него работу. Он упомянул имена нескольких знаменитостей и сказал, что если я принесу ему статью о ком-нибудь из них такого уровня, как эти статьи, то он готов посмотреть мою работу. Луиджи Моро был одним из них, поэтому, когда ты попросила меня помочь… Прости, Одри, с моей стороны было ужасно даже думать о том, чтобы так использовать тебя!

– Ты же знаешь, какого рода газету издает Симпсон! Его не интересует искусствоведение, все, что ему нужно, – это сплетни, и чем больше, тем лучше!

Голос Джессики охрип от волнения:

– Но поверь мне, пожалуйста, я и не думала писать ничего подобного!

– Верю, – вздохнула Одри. – Поэтому-то я и думаю, что если даже тебе удастся тайком написать статью о Луиджи, то у тебя все равно нет ни одного шанса увидеть ее напечатанной!

Джесс насторожилась:

– Почему? Помешает мой отчим?

– Ох, глупенькая, да повзрослей же ты наконец, – вздохнула Одри, поднимаясь. – Тебе никогда по-настоящему не хотелось стать журналисткой, пока не выяснилось, что Чарльз против! Сколько я тебя помню, ты всегда мечтала о профессии медсестры… Знаю, как трудно было отказаться от этого и задуматься о другой профессии, но уверена ли ты, что журналистика и есть твоя самая заветная мечта? – Одри подошла к кузине и, ободряюще улыбнувшись, обняла ее. – Мне пока упаковывать вещи и принять душ.