— Верно. Но кто подсказал тему исследования?

Мари замерла. Действительно, идея была спущена сверху. Она родилась не в ее отделе. Кое-кто даже с завистью поговаривал, что у доктора Третье появились какие-то высокие покровители, поскольку подобные исследования никогда не находили финансовой поддержки.

— Я строю для вашего университета новую библиотеку. И даю деньги на некоторые научные работы. Причем финансирование полностью анонимное, — сообщил Джамал. — А мой представитель во Франции как-то упомянул, что на него произвели большое впечатление прочитанные тобой в прошлом году лекции…

Мари охватила дрожь. Без зазрения совести Джамал признавался в том, что ее обманом заманили в Королевство Нботу.

— Нет, я тебе не верю… Отказываюсь поверить в такое!

— О твоем намерении прибыть в нашу страну я узнал, как только ты запросила визу. Однако я не был готов к тому, что ты прилетишь одна, — усмехнулся Джамал. — Как и к скандалу с визой в аэропорту. Но твое одиночество оказалось даже кстати — никто не поднимет тревогу. Ты оказалась в моих руках раньше, чем я ожидал.

— Я вовсе не в твоих руках, ты, маньяк! — Мари подхватила свою сумочку и направилась к двери. — И не желаю больше слушать этот вздор!

— Ты готова к физическому насилию?

— Что это значит?

— Без моего разрешения ты не покинешь этот дворец.

— Я не нуждаюсь ни в чьем разрешении. Я поступаю так, как хочу! — выпалила Мари и дернула за резную ручку. — Я возвращаюсь в аэропорт!

— Если ты вынудишь моих людей применить силу, это приведет их в немалое смущение, но не помешает им выполнить свой долг, — предостерег Джамал.

Двери распахнулись. Стоявшие на страже охранники резко повернулись к ней, хотя старались не смотреть прямо на гостью. Мари вспомнила, как в аэропорту после упоминания ею имени принца мужчины быстро отводили от нее глаза. Жителю Нботу не пристало пялиться на женщину, не принадлежащую к его семье. А ведь она не была африканской женщиной. Нельзя назвать это плохим обычаем, однако он напоминал, что она пребывает в чужом мире, и сердце Мари невольно съеживалось от одной мысли, что ей придется противостоять этим свирепым типам, застывшим в дверях. Отчаянным движением она захлопнула двери.