- Прекрасно! - рассмеялся гость. - Я знаю, когда меня вежливо выпроваживают! - Он взял обе миски с фасолью и загородил ей дорогу. Скажите мне, мисс Грэйсон, вы, наверное, очень умелая повариха?

Нэлли почувствовала, что ее лицо стало пунцовым.

- Какой же вы любитель пофлиртовать! Вы введете в смущение половину женского населения Чандлера.

Монтгомери серьезно посмотрел на нее.

- Я совсем не флиртую. После смерти Джулии я действительно не обращал внимания ни на одну женщину.

Нэлли лишилась дара речи. Одно дело, что такой красивый джентльмен, способный зажечь огонь в сердце любой девушки, обратил внимание на нее, толстую старую деву, но совсем другое, что он ведет себя так, словно она единственная женщина, на которую он посмотрел. - Милый мистер Монтгомери, прошептала она, - вы попусту тратите ласковые слова на меня. Вам следовало бы попытаться соблазнить кого-нибудь помоложе и поглупее меня.

Нэлли хотела осадить его, но в ответ он только улыбнулся, показав свою единственную ямочку на щеке.

- Приятно слышать, что я соблазнитель. - Его темные глаза заблестели. Нэлли снова зарделась и, отвернувшись, поспешила к дому. Мистер Монтгомери пошел следом за ней.

В доме царила сумятица. Отец вернулся, и, вопреки ожиданиям, дом оказался пустым. Анна, как всегда, исчезла, нигде не было ни Терел, ни Нэлли, ни уважаемого гостя. И вдруг, о ужас! Нэлли, похожая на прислугу, вошла в дом, за ней шел мистер Монтгомери с мисками фасоли в руках, а Терел спустилась в гостиную не в вечернем наряде, как того ожидал отец, а в простом домашнем платье.

Чарльз Грэйсон рассердился не на шутку.

- Посмотрите-ка обе на себя, доченьки! На кого вы похожи! Я бы выгнал прислугу, если бы она была так скверно одета! И почему в руках нашего гостя я вижу миски с фасолью?