Ага, логично, и Джиму следовало додуматься до этого раньше… но даже в таком случае, он бы не избежал расплаты. Никто не выходит из специального подразделения живым. Ни оперативники, ни играющие на периферии айтишники, ни руководящие чины. Умри в военных ботинках — вот их жизненное кредо… правда, не все его осознают.

И дело в том, что он думал о возможных вариантах ухода. Он умел зарабатывать на хлеб, лишь убивая людей, но работа начала сводить его с ума. Может, Матиас каким-то образом пронюхал об этом.

Время держать ответ, подумал Джим, заходя внутрь.

Он может побороться напоследок…

Только Матиас. Никого больше.

Джим медленно опустил оружие и снова осмотрел тесное помещение. Согласно очкам ночного видения, кроме него здесь был лишь один мужчина. Щелкнув переключатель, Джим включил тепловой режим. Только Матиас. И все же.

— Что происходит? — требовательно спросил Джим.

Матиас стоял в дальнем углу, в десяти футах от него. Когда руки мужчины скользнули к бокам, Джим вернул ЗИГ в боевую позицию… но его босс лишь покачал головой и расстегнул кобуру. Быстрый бросок, и оружие оказалось на песке.

А потом он сделал шаг вперед, открыв рот и что-то тихо сказав…

Вспышка. Грохот. Взрыв.

Потом… лишь мягкий песчаный дождь и мусор повсюду.

Чуть позже Джим пришел в сознание. Взрывная волна отбросила его к каменной стене, вырубив, и судя по напряженности в теле, он долго провалялся в отключке.

Вопрошая пару минут «что-за-хрень», он осторожно сел, гадая при этом, ничего ли не сломано…

В другом конце помещения, там, где раньше стоял Матиас, виднелась куча ветоши.

— Господи Иисусе… — Джим поправил очки ночного видения, нащупал свое оружие, а потом пополз к боссу.

— Матиас… гребаный ад…

Нижняя часть ноги Матиаса выглядела как корень, вырванный из земли, конечность напоминала зазубренный пень, расщепленный на конце. На форме виднелись темные пятна — должно быть, кровь.