Маркус взъерошил волосы.

– Что касается вас, мадам, вы отправитесь со мной. Джослин Барлоу скрестила руки на груди.

– Я не согласна.

Маркус хмыкнул.

– Не припомню, чтобы я испрашивал вашего согласия. Учитывая, что ваш супруг сильно разгневан, в ваших же интересах убедить его, что вы были со мной, а не с моим братом.

– Ничего у меня с вашим братом так и не вышло, – пробормотала Джослин.

– Ваше удовлетворение меня меньше всего волнует, – ответил Маркус, и в воздухе повеяло угрозой, – и о вас я беспокоюсь в последнюю очередь.

Джослин презрительно фыркнула, и Маркус обернулся к ней. Может, и вправду бросить ее здесь в таком виде: растрепанную, в расстегнутом платье? Она была неверной женой и скорее всего непостоянной любовницей. Собственно, Маркусу было на нее наплевать.

Но если он так поступит, она ничем не будет ему обязана. Ее муж рвал и метал, он во всеуслышание заявил о своих намерениях. Маркус знал, что Джослин пальцем не пошевелит, дабы усмирить супруга, и будет только рада, если из-за нее произойдет дуэль, поскольку скандал лишь добавит ей славы. Не для того Маркус гонялся за ними по всему городу, чтобы завтра на рассвете Барлоу вызвал Дэвида на дуэль.

– Повернитесь, – приказал он.

Леди Барлоу разинула рот, но, видимо, выражение лица Маркуса произвело на нее впечатление, и она повиновалась без слов.

– Сейчас мы спустимся вниз и присоединимся к гостям.

Маркус стал аккуратно застегивать ее платье. Слава Богу, она была из тех отважных женщин, которые не признают корсетов.

– Запомните: мы с вами любуемся предметами искусства в гостиной, а Дэвид уехал несколько часов назад. Про то, что происходило в этой комнате, мы умолчим. – Он развернул ее лицом к себе и окинул критическим взглядом. – У вас волосы растрепались.

Джослин залилась румянцем и обернулась к зеркалу, чтобы поправить прическу, в то время как Маркус ждал у двери, с трудом сдерживая нетерпение: ему нужно было сделать так, чтобы их увидели прежде, чем примчится Барлоу.