– Вы можете отблагодарить меня уже сейчас, отозвав вашу ведьму. Мои слуги убеждены, что она привидение, предвещающее ужасные несчастья. А я не хочу потерять свою кухарку.

Бланш не могла предать Диллиан. Она оставалась единственным ее оружием. Но если маркиз уже догадался о ее существовании, то она перестает быть этим оружием. Все же сначала она должна поговорить со своей кузиной.

Она уклонилась от прямого ответа.

– Если бы у меня была собственная ведьма, она быстро сделала бы меня здоровой. Может быть, ваших слуг тревожит мое присутствие? Я могла бы познакомиться с ними и успокоить их. Если только вы позволите мне это сделать.

– Они сплетничают. Слуги всегда сплетничают. Скоро вся округа узнает, что у нас в доме появилось привидение. И вы должны понимать, что эти слухи дойдут до вашего герцога, и он начнет размышлять, не связано ли это привидение с его пропавшей кузиной. Вам с вашей ведьмой нечего меня бояться, но, если прав О'Тул, вам следует бояться герцога. Предлагаю вам на досуге поразмыслить об этом, миледи.

Гэвин не собирался давать ей много времени на размышления. Если она сама не представит ему свою ведьму, то к завтрашнему утру привидение, пойманное и связанное, обретет, наконец, покой. Таково было его твердое решение.

Глава 4

Диллиан направилась к помещениям прислуги. Хозяина нигде не было. Игра в прятки становилась бессмысленной. Бланш права. Диллиан должна пойти к нему и признаться, что ее прислал О'Тул.

К сожалению, она не может появиться в грязном и рваном платье, в котором приехала. Ей придется надеть тот старомодный наряд, который она нашла в шкафу. Мужчины плохо разбираются в дамских туалетах, но даже Эффингему покажется подозрительным ее появление в старомодном платье, да вдобавок еще без каких-либо признаков доставившего ее экипажа.

Диллиан задула свечу и тихо вошла в кухню. Кухарка спала так же чутко, как и ее хозяин, и Диллиан не хотела ее разбудить. Ее интересовали только вкусные блюда, приготовленные на ужин.