Старик заговорщицки понизил голос и произнес:

– А дальше в той бумаге говорится, что мать ребенка, некую Эглантину де Шалом, следует признать второй женой Жерома де Сайерна, поскольку они сочетались браком по обоюдному согласию.

Рыцарь дрогнул. Де Тулли не ошибся в расчетах; вожделенная бумага и положение законного наследника манили Ива, как морковка, подвешенная перед носом упрямого мула.

О подобном счастье он не смел и мечтать. Стоит ему получить бумагу, и граф перестанет посмеиваться над своим конюшим. Его сиятельство не раз повторял, что взял безродного рыцаря на службу только за талант воина. Теперь Иву наконец-то представился шанс смыть позорное пятно.

Старик выпрямился, довольный своим мастерски нанесенным ударом.

– Взамен я прошу у тебя лишь одного: отобрать Перрико у Филиппа де Тревэна.

На смену ликованию неожиданно пришло опасение: де Тулли хранил заветную бумагу много лет и ни за что не расстался бы с ней, если бы не крайняя необходимость. Хитрый старый лис заботился только о своем благе. Кто знает, что он задумал на этот раз? Что, если после победы над де Тревэном старый лорд выдвинет новые условия? А если бумага поддельная? Или в ней сообщается совсем не то?

Ив не сомневался лишь в одном: стоит поддаться на уговоры лорда де Тулли, и ему никогда не выпутаться из ловко расставленных им сетей. Превратившись в жертву, он будет только беспомощно биться, как муха в паутине. Нет, ему, Иву, хватит здравого смысла, чтобы не попасться на приманку старого интригана.

Небрежным жестом отставив кубок, рыцарь медленно встал. Глаза де Тулли сияли, на губах играла улыбка: он не сомневался в победе. Ив скрестил руки на груди.