– С днем рождения, моя маленькая бабочка, – сказал он, наклонился и поцеловал Блайд в щеку.

– Благодарю вас, милорд, – смущенно промолвила она, нерешительно дотрагиваясь до коробочки.

– Открывай.

Роджер не спускал с девочки глаз, зная, что этот подарок должен произвести на нее впечатление.

– Святые угодники! – воскликнула Блайд, подняв крышку бархатной коробочки.

Внутри ее лежало ожерелье, представлявшее собой массивную золотую цепь с крестом Вотана. (Вотан – то же самое, что Один, одноглазый бог мудрости в германо-саксонской мифологии. – Примеч. пер.) Сам крест был выложен бриллиантами и аметистами, а в центре сверкал кроваво-красный рубин.

– Это ожерелье достойно самой королевы, – тихо прошептала Блайд, и ее глаза засверкали ярче аметистов, украшавших крест.

– Разреши мне.

Роджер достал ожерелье и надел его на Блайд. Она встала и, взяв Роджера за правую руку, вдруг неожиданно спросила:

– Теперь ты скажешь мне о помолвке?

– Откуда ты узнала?

– Женская интуиция.

– Откуда в тринадцатилетней девочке столько женских достоинств? – шутливо покачал головой Роджер.

Блайд гордо улыбнулась, а затем, немного смутившись, доверительно прошептала:

– У меня уже началась менструация. А это значит, что я теперь настоящая женщина.

Роджер был ошарашен этим неожиданным и слишком откровенным признанием. Он встал и, стараясь скрыть свою растерянность, сообщил:

– Леди Дарнел приняла мое предложение и согласилась стать моей женой. Сейчас она в доме, наносит визит твоим родителям.

– Дарнел Ховард? – немного растерянно переспросила Блайд, и ее голос предательски дрогнул.

Роджера поразила такая резкая перемена ее настроения: всего мгновение назад она порхала от счастья, словно бабочка в райском саду, а сейчас в ее глазах блестели слезы. Господи, что он будет делать, если она расплачется?

– Ты не можешь жениться на Дарнел Ховард! – выкрикнула Блайд. – Ведь это я люблю тебя!