— Да, — твердо заявила Корнелия, — прошлой зимой я повредила глаз на охоте, и доктор велел мне не снимать очки по крайней мере девять месяцев.

— Как жаль, — сказала леди Веллингтон, но почему-то в ее голосе не слышалось сочувствия. — Моя горничная покажет тебе твою комнату. Она ждет в холле.

— Благодарю вас, тетя Лили.

Корнелия вышла в холл, где ее поджидала довольно сурового вида женщина в маленьком белом фартучке.

— Сюда, пожалуйста, мисс, — коротко бросила она. В библиотеке Лили опустилась на один из стульев.

— Мой дорогой Джордж, кого ты привез? Ты когда-нибудь видел такой наряд? Это пальто, должно быть, столетней давности… А что касается шляпки, то ее место в музее!

— Полно, Лили, не будь несносной, — взмолился лорд Веллингтон. — Ты ведь знаешь, девочка осиротела, да и Роусарил находится в глубине страны. Где же ей покупать платья?

— Дело не только в платьях, Джордж. А очки! Ты слышал, что она сказала — ей прописали носить их еще три месяца.

— Ну так постарайся сделать из нее все, что можешь. По крайней мере денег на это предостаточно.

— Единственное утешение, — сказала Лили. — Не жди от меня чудес — я не волшебница.

— Ее мать была хорошенькой, — заметил лорд Бедлингтон. — А Берти всегда считался в семье Адонисом и повесой. Почему бы их ребенку и не оказаться симпатичным, если ты чуть-чуть приложишь усилие?

— Я уже сказала, что не волшебница, — холодно отреагировала Лили. — Но не беспокойся, Джордж, я все устрою.

Лорд Бедлингтон направился к двери, а затем остановился в нерешительности.

— Надеюсь, ты поговорила с Роухамптоном?

— Да, поговорила, — ответила Лили. — Я сказала все, как ты велел, Джордж. Но не забывай, что мы выводим в свет дебютантку, а на сегодняшний день он самый желанный жених во всем Лондоне. Само собой разумеется, он должен быть приглашен на все вечера, которые мы будем устраивать для Корнелии.