Война для него закончилась раньше. Сейчас он ждал ее исхода за решеткой тюрьмы Олд-Кэпитол.

Будь он на свободе, она не стояла бы сейчас здесь, у колодца, наблюдая ужасную картину отступления, - она бы давно сбежала как можно дальше от этих мест. И уж тем более не осмелилась бы предлагать холодную колодезную воду его поверженным товарищам по оружию.

Он стал врагом не потому, что носил мундир другого цвета, а потому, что жаждал мести.

Именно по ее вине он оказался за толстыми тюремными стенами и надежными решетками, когда дорогой его сердцу Юг проиграл сражение.

Но он вернется, обязательно вернется, чтобы посчитаться с ней.

Вздрогнув всем телом, она только крепче сжала ручку ковша и зачерпнула из ведра колодезной воды, чтобы напоить очередного бедолагу.

Он поклялся отомстить ей. Она до сих пер слышит едва сдерживаемую ярость в его голосе - ему тогда показалось, что она его предала.

Эти отступавшие солдаты были ее врагами, но она не испытывала к ним ничего, кроме жалости. В их лицах - молодых и старых, красивых и некрасивых, залитых потом и кровью - читалась глубокая усталость. В глазах, как в зеркале отражавших их душевное состояние, застыло горе и страдание.

Стояло лето, и после дождей плодородная земля совсем раскисла. После полудня жара начала спадать, повеяло прохладой, и казалось чудовищно нелепым, что среди этого зеленого великолепия бредут, хромают, цепляются друг за друга одетые в лохмотья, израненные, окровавленные, сломленные мужчины.

Колонна двигалась мимо фермы Келли, но время от времени кто-нибудь из пехотинцев делал шаг в сторону и подходил напиться.

Сегодня, четвертого июля, северяне могли наконец торжествовать долгожданную победу. Несколько дней назад под Геттисбергом, маленьким сонным городком в Пенсильвании, им удалось-таки здорово потрепать конфедератов. Великий и непобедимый генерал южан Роберт Ли, о котором слагались легенды, когда он наголову разбил противника при Чанселлорсвилле и Фредериксберге, а также одержал ряд других громких побед, уже давно хозяйничал на Севере. И вот теперь его выбили оттуда.