— Грант упрям, возможно, несколько высокомерен, но он чертовски талантливый журналист. Он знает, что может уйти в любую телевизионную компанию в городе. Я не думаю, что он на это пойдет, если только его не загонят в угол и у него не останется другого выбора. Мой совет — делать все возможное, чтобы он там не оказался.

— Он любит деньги?

— Не больше, чем любой другой в его положении, я думаю, он больше нуждается в уважении и стабильности. Мы давали ему и то и другое наряду с солидным жалованьем и дополнительными выплатами.

— Следовательно, ты считаешь, что я должна больше апеллировать к его честолюбию, чем к жадности. — Она даже не смотрела на Джона, губы были сжаты, мозг уже работал над проблемой.

— Что-то вроде этого. Ты устраивала такие дела в Далласе. Грант Эндрюс — не исключение.

— Толстая отбивная, бутылка вина и много прочувствованных слов о том, как он нужен станции?

— Вот именно.

Мысль об интимном — тет-а-тет — ужине с Грантом привела Келли в замешательство. Но она не хотела, чтобы Джон Маршалл это заметил. Она покачала головой, вспомнив, в каких отношениях они расстались с Грантом в субботу вечером.

— Похоже, что я буду есть свои принципы вместо отбивной, — сказала она.

— Почему?

— Грант и я, похоже, не слишком понравились друг другу на банкете. Если я собираюсь с ним поужинать, я должна заставить его заговорить со мной первым.

Джон застонал:

— Куда девались все мои наставления о профессиональной дипломатичности?

— Я вспомнила каждое слово… после того как он ушел раздраженный. Но не волнуйся, я помню, как надо исправлять положение.

— Хорошо, потому что тебе придется это сделать. Если вы с Грантом не сможете сами выработать контракт, тебе предстоит иметь дело с его агентом, а это такой тип, по сравнению с которым Линдон Филлипс выглядит старым маразматиком. Этот хам вынудит пообещать Гранту половину компании и еще заставит поверить, что это была твоя идея. Только подумай, как нашему боссу в Далласе понравятся эти условия, когда придется ему все объяснять.