— Я и не знал, мисс Патрик, что беру у вас интервью, — среагировал он быстро, — но если вам так больше нравится, обещаю рассматривать вас только как источник информации и не буду спешить с вашей оценкой.

— Что произойдет, если окажется, что я не соответствую вашим высоким стандартам? — спросила она. — Вы выступите с разоблачением в вечернем выпуске новостей?

Казалось, он серьезно обдумывает эту идею.

— Это мысль, но я сомневаюсь, чтобы Линдону это понравилось. Он не любит, когда его авторитет публично подрывают.

— Возможно, вам не следует об этом забывать, — заметила она воинственно.

Не обращая внимания на ее тон, Грант улыбнулся и продолжил:

— Возможно, вам следует помнить, что ваша власть простирается настолько, насколько этого хочет Линдон Филлипс. Попробуйте один раз пойти против него и вы быстро убедитесь, что кукловод сидит там, в Далласе, и дергает за ниточки — за мои и особенно — за ваши.

— В вас говорит горький личный опыт?

Он немного помолчал и затем сказал:

— Нет, не личный. Но за десять лет я видел многих людей, которые приходили и уходили, — наконец произнес он. — Некоторые из них так и не поняли, что в руках у Линдона абсолютный контроль за всем, что здесь происходит. Никто, даже вы, золотко, не сможете долго перечить ему и удержаться в седле.

— Я удивлена, что вы это терпите, — сказала Келли. — Вы не производите впечатления мужчины, который позволяет кому бы то ни было распоряжаться собой, — даже человеку, которого, как говорите, вы так уважаете.

— Линдон Филлипс никогда не пытался распоряжаться мной, мисс Патрик. Это одна из причин того, что мы так хорошо с ним ладим, — с нажимом произнес Грант. — И пытаться это изменить было бы большой ошибкой с вашей стороны, — холодно закончил он.

— Это звучит как угроза, мистер Эндрюс.