Я подавил вздох. Начало было не очень хорошим. Я должен был догадаться, что Пак уже что-нибудь сделал, чтоб заслужить ее гнев. Но в тоже время, я сдерживался, чтобы не рассмеяться над подобной нелепой мыслью: дом падающий лицом в грязь из-за Великого Шутника связавшего его ноги вместе.

Я сохранял бесстрастное выражение лица, поскольку было очевидно, что ей это казалось ни капли не забавным.

– Что ты можешь сказать в свое оправдание, злодей? — продолжала она, угрожая Паку разделочным ножом. Он нырнул за мою спину, в жалкой попытке укрыться, хотя я мог слышать его старания приглушить смех. — Ты знаешь, сколько потребовалось времени, чтобы починить избу? И затем у тебя хватает наглости, оставить мою метлу на краю леса, только чтобы доказать, что ты смог ее взять. Я бы не прочь засунуть тебя в горшок и скормить цыплятам!

– Я приношу за него извинения, — быстро проговорил я. Эти пронзительные черные глаза внезапно переключились на меня. Я держался гордо, невозмутимо, но все же вежливо, чтобы она не ставила меня вровень с этим шутом за моей спиной. — Извините за это вторжение, бабушка, — продолжал я формально. — Я — Ясень из Темного двора. И мне нужна ваша помощь, выслушайте меня.

Ведьма моргнула.

– Такие манеры. Вы не были воспитаны в хлеву, подобно этому, как я посмотрю. — Она замахнулась ножом в сторону Пака, поморщив свой длинный нос. — И я знаю кто вы, сын Маб. Что вы хотите от меня? Будьте кратки.

– Мы ищем кое-кого, — ответил я. — Ходят слухи, что он путешествовал через Костяное Болото и проходил здесь. Мы подумали, что вы могли бы знать, где он.