Саймон поморщился. Член Макса судорожно дернулся.

Эмма?

Хм. Эмма.

- Хорошо, хорошо. Я закончу этот проклятый витраж сегодня. Что-нибудь еще, Маленький Генерал? - плечи Саймона вздрагивали от смеха, но голос был наполнен уважением. Макс нахмурился; ему не понравилось теплая симпатия, звучавшая в голосе его друга.

- М-м. Мы с Бэкки собираемся на маскарад. Просто решила, что тебе было бы интересно знать.

Эмма будет на маскараде? Ему вдруг до смерти захотелось ее увидеть. Как она изменилась? Неужели она настолько же сексуальна, как и ее голос?

- О, да, - промурлыкал Саймон, чем снова заставил Макса нахмуриться. Короткая хищная улыбка заставила его глаза протестующее вспыхнуть золотом, когда собственническая волна поднялась внутри него. Обладательница этого голоса принадлежала ему .

- Хм. Увидимся? С витражом?

- Обещаю. Пока, Эмма.

- До скорого, Саймон.

Он повесил трубку, но сексуальная улыбка все еще оставалась на его лице. Когда он обернулся, Макс уже взял себя в руки и смотрел на Саймона, просто вздернув бровь.

Тот вспыхнул:

- Что?

- Когда ты собираешься доставить это стекло?

Саймон, прикидывая, осмотрел витраж, которому недоставало нескольких последних штрихов.

- Наверное, сразу после обеда. А что?

- Я с тобой поеду, - заулыбался Макс.

Саймон выпрямился и, смутившись, слегка нахмурился.

- Зачем? Я думал, у тебя есть другие дела.

- Я хочу кое-что проверить, - к удивлению Саймона улыбка Макса стала еще шире.

- Старик, я не уверен, что ты захочешь туда пойти.

Улыбка Макса исчезла.

- Это почему?

- Потому что этот магазин известен тем, что каждый холостяк теряет всю свою силу, как только переступает его порог.