Сердце ее еще бешено колотилось. Она убрала баллончик и сердито уставилась на него.

- Ну?

- Черт, так ты приветствуешь тех, кто хочет тебе помочь?

Сердце давило на ребра, и она приложила руку к груди, чтобы успокоиться. Эмма посмотрела на него в тусклом свете. Сукин сын смеялся над ней.

- В чем помочь?

- Соединить Бэкки и Саймона, конечно.

- Да?

Она наблюдала за тем, как он приближался к ней. Выглядел он самодовольным.

- Ты хочешь, чтобы Саймон и Бэкки были вместе? Я могу помочь тебе в этом, - он взял ее за руку и накрыл своей. Внезапно он нахмурился и огляделся. - Кстати, где Бэкки?

- Она еще в магазине, работает с бухгалтерией, - ответила она рассеянно, замечая только их соединенные руки. Его рука была будто высечена из камня, сильная, крепкая и, наверное, очень надежная.

Его лицо побелело.

- Поздно вечером ты вышла одна.

Это был не вопрос, это было утверждение. Он выглядел так, будто сам не верит своим словам.

- Да. Я всегда так делаю. У меня там машина. - И Эмма свободной рукой показала на парковку, одновременно осторожно пытаясь высвободить другую из его хватки, внезапно ставшей железной. Бэкки жила в квартире над магазином, а Эмма - на другом конце города. Когда Бэкки закончит со счетами и доест свой ужин, она, наверное, поднимется в свою крошечную квартирку и будет лоботрясничать перед телевизором.

- Ты носишь баллончик. Я так понимаю: в районе неспокойно.

Она неохотно кивнула.

- Везде неспокойно, даже здесь, ведь поблизости колледж.

Он начинал тревожить ее. Хотя его лицо все еще оставалось бесстрастным, что-то изменилось в глазах. Они странно блестели, будто он злился. Она решила не говорить ему, почему носит баллончик.

- На тебя здесь раньше нападали?

Эмма вздрогнула и сразу постаралась увильнуть, пробурчав: