– С чего? Да я абсолютно уверен, что именно вы положили эту штуку на мой стул. Не знаю, как вам это удалось, но заклепка – ваших рук дело. Никогда не поверю, – Морис пробежался глазами по брючкам незнакомки, – что вы не замечали на ваших очаровательных штанишках эти серебристые звездочки. И, если вы думали, что я буду очень признателен вам за щедрость – ведь вы не пожалели своей заклепки для меня, – то я вас разочарую: вы сильно ошиблись…

– Остроумно, парень, очень остроумно… Но, по-моему, мы уже не в школе, чтобы кнопки друг другу подкладывать.

– Я рад, что вы это поняли. Жаль только после того, как сделали.

– Послушай, как тебя там… – Незнакомка выпустила струю дыма в лицо Морису.

– Морис Митчелл… – Морис разорвал пелену дыма рукой, понимая, что еще чуть-чуть, и он не выдержит. – И, пожалуйста, обращайтесь ко мне на «вы». Мы с вами недостаточно близко знакомы.

– Ты, кажется, хотел бы поближе, – усмехнулась незнакомка. – А, Морис? – И она смерила его презрительным взглядом. – Так вот, Морис Митчелл, черт тебя дери… Если с моих брюк слетела заклепка, значит, тебе не повезло. И я надеюсь, что ты очень быстро съешь свой пирожок и уберешься отсюда куда-нибудь подальше…

– Вот, значит, как, – прорычал Морис, чувствуя, что предельная точка кипения достигнута. – Я пробуду здесь так долго, как мне захочется. Заберите свою чертову заклепку и постарайтесь вести себя так, как это пристало девушке, а не какому-нибудь забулдыге, завсегдатаю бара!

Морис протянул ей заклепку, но девушка пренебрежительно отвела его руку. Пальцы Мориса непроизвольно разжались, и заклепка угодила прямо в кружку с пивом, которое пила незнакомка. Пиво негодующе зашипело и начало пениться. Морис осквернил напиток неумышленно, но злорадство все-таки почувствовал.

Он никогда не обижал женщин, но то, что встретилось ему сегодня, не было ни капли похоже на представительницу слабого пола. Ее вызывающий тон, мужицкая грубость, ироничная улыбка, дерзкий, насмешливый взгляд черешневых глаз – все это невероятно бесило Мориса, доводило его до исступления И теперь, когда ему удалось хотя бы немного насолить ей, на душе стало чуть-чуть спокойнее…