Она мгновенно отметила, что его темные вьющиеся волосы, хотя и подстрижены коротко, но вольно ниспадают на высокий лоб. Глаза под густыми ресницами кажутся то серыми, то голубыми и смотрят пристально, если не сказать – цинично. А вот в линии резко очерченных губ таилась загадка: они словно сознательно сдерживали улыбку.

Когда дальше молчать уже стало неудобно, Эдди Брасс заговорил. Глубокий, чуть вибрирующий голос больше всего и понравился ей. В нем ощущались сила и некая подспудная нежность.

– Благодарю, что вы согласились меня принять. Должен признать, я удивлен.

– Вот как? – Дороти нервно сглотнула, надеясь, что это не от непонятного волнения, охватившего ее, а оттого что из-за усталости у нее чуть кружилась голова.

– Меня зовут Эдди Брасс, – слегка хмурясь, сказал посетитель, подчеркивая какой-то особый смысл в своем имени и фамилии.

– А я – Дороти Ламбер, – представилась она, не уловив подтекста.

– Я знаю, кто вы!

Враждебный тон последних слов заставил Дороти насторожиться. Кроме уборщиц и сторожа, находившихся где-то в здании, поблизости больше никого не было, а в поведении и манерах этого человека явно сквозила угроза.

– Вполне естественно, мистер Брасс. Если вы пришли именно сюда, значит, знали, к кому идете… Но мне, признаюсь, ваше имя пока ни о чем не говорит.

– Клод Эшби – мой племянник, – пояснил Брасс, и в тот же миг мозг Дороти включился в работу. Она сразу все поняла. Не в силах справиться с ощущением двусмысленности ситуации, в которую невольно попала, она молча уставилась на незваного гостя.

Тот заметил ее мгновенное замешательство, в улыбке промелькнуло удовлетворение.

– Мое имя по-прежнему ни о чем вам не говорит, мисс Ламбер? – спокойно переспросил он.

Сейчас, когда Дороти сосредоточилась, она перестала обращать внимание на манеры Брасса и его внешность. Чисто женское уступило сугубо профессиональному. В ней заговорил адвокат, знающий цену себе и каждому своему слову.