Эти слова тронули Эстреллу Медрано. Серые глаза Рамона воинственно сверкали.

— Хорошо, вы получите объяснения, но предупреждаю, они вам не понравятся! Вы думаете, вы первый? Вы думаете, вы единственный мужчина, которого мой отец пытается купить мне?

— А разве нет?

Она так яростно тряхнула головой, что черные волосы разлетелись, а лицо побледнело.

— Вы даже не второй и не третий.

Собиралась ли она побольнее ударить его по самолюбию, назвав поименно всех мужчин, оказавшихся в этой роли до него?

— Избавьте меня от излишних деталей, — произнес он с раздражением. — Просто назовите, сколько же их всего было.

Рамон был явно смущен — Эстрелла была совсем не такой, какой он ее себе представлял.

По его мнению, она должна была быть хрупкой, чувственной и немного диковатой. Яркая одежда и вызов в глазах…

Но она оказалась высокой, стройной и элегантной. Красиво очерченное овальное лицо с высокими скулами, точеная фигура, изящные ноги в простых черных лодочках — олицетворение красоты и сдержанности! Только каскад густых шелковистых волос, черных и блестящих, был не подконтролен ей.

Да, что и говорить, Эстрелла была прекрасна и чертовски сексуальна, но холодна и тверда, как бриллиант.

Если раньше он не верил в сказки, которые про нее рассказывали, то теперь сразу поверил в них. О да, он поверил им!

— Сколько?

— Десять. До вас здесь было девять других. Вы — десятый.

Услышав, как он тихо выругался себе под нос, она слегка склонила голову, но больше никакой реакции.

— Я предупреждала, что вам это не понравится.

— Черт побери, вы правы, мне все это не нравится! — прорычал Рамон. — Мне не нравится ситуация, в которую я влип, мне не нравится ваш отец, играющий роль сводни, и мне не нравитесь вы! Я не люблю, когда мной так откровенно манипулируют!

— Я вовсе не манипулировала… — начала она, но ее голос умолк, когда она увидела выражение злобы на его лице.