— Ну вы слышали когда-нибудь такую чепуху?! — воскликнула тетя Роуз, ни к кому конкретно не обращаясь.

— Выйти замуж по любви!

— Да, для нашего времени это весьма антикварная мысль, — согласился Нигель, зевая. — Вы действительно выходите замуж по любви, крошка?

— Я говорила это уже много раз. Мне очень жаль, очень…

Лиз безнадежно вздохнула. Первый раз в жизни ее победили. В бешенстве она направила свои проклятия к умершему виновнику всех их бед.

— Идиоты, оба идиоты! Любовь и всепрощение! Забыть все распри, или как там говорил мой безмозглый прадед…

— Перестань сейчас же, Лиз! — строго сказала прабабушка. — Мой муж был уважаемым и набожным человеком. Он составил завещание с лучшими намерениями.

У Лиз не было сил отвечать, и в комнате наступила тишина. Ее прадед и прадед Нигеля поссорились еще в детстве и за сорок лет не сказали друг другу ни слова. Затем кто-то убедил прадеда Лиз вступить в Общество благочестивых друзей, чей девиз был «Прощение — твой пропуск на небеса», а поскольку старый Арчибальд вел далеко не безгрешную жизнь, то, естественно, был весьма озабочен этим пропуском. Так он стал членом Общества, обнаружив, что его заклятый враг тоже не прочь позаботиться о загробной жизни, прежде чем отправляться в мир иной. Результатом этого явилось примирение, и в последние несколько лет жизни оба старика стали неразлучными друзьями. Однако в предшествующие годы более молодые члены обоих семейств сами успели перессориться. Новоиспеченных членов Общества это очень беспокоило. Более того, если бы верховный совет Общества обвинил стариков в том, что между их семействами существует вражда, их «пропуски в небеса» могли остаться без печати. Есть только один путь, заявил администратор Общества старикам. Они должны помирить свои семейства, и самый простой способ — это породниться.

Гроза разразилась, когда после смерти Арчибальда было прочитано завещание, но все оставалось без изменения до тех пор, пока через год не умер Септимус.