«Неужто я и вправду зануда?» — допрашивала она себя, лежа в ванне. Может быть, так оно и есть. Ведь раньше ей тоже нравились эти бесконечные вечеринки и званые обеды, на которых светский треп мешался с деловыми разговорами. Теперь же она мечтала лишь об одном — поесть в полном одиночестве или хотя бы в тишине.

Да, у нее поменялась система ценностей, подумала Клер. Сегодня это стало ясно. Единственно, чего она хотела и о чем она мечтала во время нескончаемого сегодняшнего ужина, так это о том, чтобы поскорее уехать домой и остаться вдвоем с Бойдом.

Да, она изменилась. Но Бойд-то все такой же. Несмотря на все драматические переживания последних двух лет, он ничуть не изменился. Пожалуй, даже наоборот — еще более привязался к своей работе, стал еще более честолюбивым.

Собственно говоря, Бойд никогда не проявлял к ней особого внимания, думала Клер. Он всегда интересовался в Основном только своей работой, хотя с самых первых дней их брака они договорились, что непременно заведут детей. Когда-нибудь.

Но это «когда-нибудь» все время откладывалось, обретая устойчивый оттенок неопределенности. Сначала Бойд не хотел детей. Говорил, что взносы за земельную ренту требуют слишком больших средств и ребенок им пока что не по карману. Надо подождать.

Она ждала в течение шести месяцев, пока однажды случайно не позабыла принять таблетку.

Забеременев, Клер была просто счастлива. Бойд открыл было рот, чтобы прочитать ей гневную отповедь, но тут же его закрыл, увидев, какое счастье было написано на ее лице.

Клер была полна тогда самых радужных планов. Она решила брать надомную работу, чтобы помочь Бойду выплатить ренту. Все должно наладиться теперь, думала она, и жизнь снова станет прекрасной и удивительной — для них троих.

Но через пару месяцев у нее случился выкидыш — ее первый выкидыш. Бойд искренне ей сочувствовал, но быстро позабыл про ее беду.