– Смотрите, у вас мальчик.

Я с нетерпением посмотрела на него, губы растянулись в слабой улыбке – я так ждала этого момента, так хотела сжать его в объятиях. Я посмотрела на него. И раскрыла рот от ужаса. Сначала я даже не могла говорить, а потом…

– О господи, – ахнула я. – Он негр.

В голове был сплошной туман, я не могла поверить! «Но… я ничего такого не делала, – судорожно размышляла я, – ничего такого не было! Я бы обязательно запомнила, если бы…»

– Нет, дорогая, – поспешила успокоить меня медсестра. – Он просто посинел. Очень сильно посинел, но кожа уже становится нормального цвета, видите? Это из-за недостатка воздуха в легких.

– О! О господи, а я подумала…

Я оглянулась – все медсестры были с Ямайки. Ни одного белого лица. Четыре пары больших темных глаз разглядывали меня поверх масок.

– Извините, – пробормотала я. – Я не хотела… с ним все в порядке?

– Все хорошо, – хихикнула одна из сестер. – Все в порядке. Здоровый, крепкий мальчик – Она сняла маску и протянула мне малыша с широкой улыбкой на лице. – Думала, что придется назвать его Уинстоном, дорогуша?

Тут все они расхохотались, ударяя себя по бедрам и хватаясь друг за друга. Я смущенно улыбалась, глядя на маленький сверток, который и вправду розовел с каждой минутой.

– Я просто потихоньку схожу с ума, – пробормотала я. – Кто угодно сойдет с ума после таких схваток.

Да после любых схваток, раз уж на то пошло. Мэйзи… где Мэйзи? – Я оглянулась: меня вдруг охватила эйфория. Мне срочно надо было поделиться с кем-нибудь радостью. – Эй, нельзя ли позвать хоть кого-нибудь из моих родных? – со смехом произнесла я.

– Я здесь, дорогая, – раздался тихий голос из угла. Я повернула голову. Мэйзи была в комнате, но почему-то стояла за моей спиной, в тени, и прятала в рукаве носовой платок. Ее большие голубые глаза были полны ужаса.