Я в один шаг пересек приемную и открыл дверь. Гэррет Райс находился в своем офисе. Он стоял около стола, прижимая к уху телефонную трубку, и переминался с ноги на ногу, словно ему не терпелось сходить в туалет. На столе стояло какое-то умирающее растение и точно такое же — на журнальном столике возле потрепанного зеленого дивана. На картотечном шкафу я увидел баллончик освежителя воздуха «Лизол». Крышка с него почему-то была снята.

Увидев меня, Райс прижался бедром к столу и постарался как можно быстрее задвинуть открытый ящик. Он сделал это чисто автоматически, затем отбрехнулся в трубку и повесил ее.

Райс был примерно моего роста, с узкими плечами и цветом кожи человека, который много времени проводит в солярии. Под левым глазом у него был фингал, а на лбу приличного размера синяк. Несомненно, он пытался замазать их, но из-за белил, которыми воспользовался, скорее напоминал не жертву, а воинственного индейца. И еще ему не следовало носить слишком обтягивающие футболки, которые подчеркивали налитое пивом брюшко.

Я протянул ему одну из своих визиток.

— Хороший у вас офис. Я пытаюсь найти Мортона Лэнга. Мне сказали, вы с ним друзья и сможете помочь.

Гэррет Райс посмотрел на визитку, затем на меня влажными блестящими глазами.

— Как вы сюда попали?

— Студия принадлежит моему дяде.

— Бред собачий.

Он явно занервничал. Я пожал плечами и сказал:

— Морт еще в пятницу пропал. Забрал сына из школы, но не оставил записки. Его жена волнуется. Поскольку вы вместе работали, разумно предположить, что он вам что-нибудь говорил о своих планах.

Райс облизнул губы, и я почему-то сразу вспомнил Маму Бэмби и то, как она вскинула голову, услышав приближающихся охотников. Вот только на нее было приятно смотреть. Мне же чем дольше я находился рядом с Гэрретом Райсом, тем сильнее хотелось закрыть лицо носовым платком и освежить воздух «Лизолом».