Хорошая игрушка. Я закрыл ящик, положил блокнот рядом с фотографиями, а ручку — на блокнот.

— О'кей, — сказал я. — Морт не оставил записки?

— Нет.

— Почему Морт забрал сына, а не дочерей?

— Не знаю.

— Любимчиком Морта был Перри?

— Нет, скорее младшая — Кэрри. Я спросила, не говорил ли ей что-нибудь Морт, но она ответила, что не говорил.

Я кивнул и написал на странице: «Кэрри».

— В последнее время ваш муж снимал со счетов крупные суммы?

— Я не слишком хорошо разбираюсь в цифрах, — ответила Эллен Лэнг. — Всеми нашими делами всегда занимался Морт.

Она не отвечала на мои вопросы, а скорее извинялась.

— А что насчет работы? Может, кто-нибудь из коллег в курсе того, что задумал ваш муж?

Эллен Лэнг потупила взор.

— Я уже говорила, что он последнее время работал на дому. И никогда не посвящал меня… — Она замолчала, лицо ее покраснело, а сжатые губы стали пунцовыми.

Я постучал ручкой по блокноту: страницу, на которой я писал, трудно было назвать насыщенной информацией. Затем перевел взгляд на Джанет Саймон, сжатые губы которой застыли в подобии сексуального оскала. Но возможно, это была лишь презрительная ухмылка.

— Даже не собираюсь вмешиваться, — сообщила она.

— А если я скажу «пожалуйста»?

Джанет Саймон затянулась, бросила окурок через перила и вошла в кабинет.

— Эллен, расскажи ему о подружке.

Голос Эллен Лэнг стал настолько тихим, что я едва расслышал.

— У него есть любовница. Живет в Пьедмонт-Армсе, недалеко от Баррингтон в Брентвуде.

— Ее зовут Кимберли Марш, — подхватила Джанет Саймон. — Одна из его клиенток. Горэм-авеню, четыреста двенадцать, почти у самого Сан-Винсент. Квартира номер четыре на первом этаже, вход сзади. Актриса. — Она достала из своей сумочки две карточки из визитницы «Ролодекс» и бросила их на стол рядом с фотографиями. На верхней было напечатано «КИМБЕРЛИ МАРШ», адрес и телефон.