Ее муж был высоким, атлетически сложенным брюнетом с дымчато-серыми глазами, обрамленными густыми ресницами. Его суровые, словно высеченные из камня черты не позволяли ему остаться незамеченным в любом обществе. В одном из своих сшитых на заказ костюмов, каждый из которых, как она, к ужасу своему, обнаружила, стоил две тысячи долларов, Джейк был самим воплощением успеха и уверенности. Но Эмили изо всех сил старалась сдерживать горящий у нее внутри огонь желания, потому что достигла крайней точки в их нестабильных отношениях. Она боялась предстоящего разговора, но должна была решить, как ей жить дальше.

— Замечательно выглядишь. Как приятно вернуться домой, — произнес Джейк, подойдя к ней, чтобы обнять. Аромат его одеколона был слабым, но волнующим. — Эй! Почему такое хмурое личико? — Он приподнял ее подбородок.

— Джейк, я хочу с тобой поговорить, — сказала Эмили. Услышав дрожь в своем голосе, она подумала, сможет ли произнести свою заранее подготовленную речь. Его руки были такими сильными, такими горячими, что ее решимость начала таять. Он был великолепен. У него было много достоинств, но Эмили чувствовала себя несчастной. Ей казалось, что она предала его, так как до сих пор не смогла подарить ему ребенка, которого он так хотел.

— Я тоже. Впрочем, я думаю, что мы сначала могли бы заняться любовью, а потом поговорить, -хрипло произнес Джейк. Он нежно провел кончиками пальцев по ее шее, и она почувствовала, как внутри у нее все трепещет. Другую руку он запустил в карман. — Я купил тебе подарок.

Глубоко вдохнув, Эмили уставилась на длинную черную коробочку, перевязанную красной атласной ленточкой.

— Тебе не следует дарить мне подарков, — произнесла она.

— Не понимаю почему, если я хочу. Открой, — нетерпеливо сказал Джейк.

Заглянув в его глаза, Эмили увидела в их глубине огонь желания.

Высвободившись из его объятий, она развязала ленточку и открыла черную бархатную коробочку. Когда она подняла крышку, восхитительное ожерелье с сапфирами и бриллиантами заиграло на свету,