Усадьба Милдбрук, Бедфордшир, Англия

Октябрь 1899 года

— Лэм, так ты скажешь Лоре, что она умрет?

Лора Мидлбрук замерла, так и не успев открыть дверь в кабинет. От случайно услышанного разговора у нее перехватило дыхание. Не может быть! Слова Джеймса Маклина эхом отдавались у нее в голове, и она с трудом поняла ответ брата.

— Нет-нет, бедняжка ужасно расстроится. Что толку? Все равно ничем не поможешь. Мне самому хотелось бы верить, что есть надежда, но…

— Значит, доктор Кэдуолледер сказал наверняка?

— Да. Чертовски жаль, правда? Доктор говорит, что она с каждым днем будет слабеть, а потом наступит быстрый и безболезненный конец.

Лора прижала лоб к стене и зажмурилась. Значит, разговор и вправду о ней. Доктор Кэдуолледер осматривал ее два часа назад и посоветовал не затягивать корсет слишком туго, чтобы вчерашний обморок не повторился. Старый обманщик не сказал ей правды… Но слова Маклина вывели Лору из раздумий.

— Ее, конечно, молодой не назовешь, да и не красавица, но такого норова я еще ни у кого не встречал. Это каждый может подтвердить. Налить еще бренди, Лэм? Тебе не помешает.

Лоре показалось, что она сейчас упадет. Ее вдруг начало мутить. Должно быть, один из симптомов неизлечимой болезни. Лора всхлипнула. Слезы капали на корсаж платья, а она даже не осознавала, что плачет.

— Может, ее стоит изолировать, чтобы не подвергать опасности остальных? — спросил Маклин.

— Доктор заверил меня, что это не заразно. Болезнь очень редкая, — ответил Лэмдин. — Судя по всему, ее укусило какое-то насекомое — оно попадается иногда в здешних местах. Болезнь может никак не проявляться годами, а потом…

Лора услышала, как он щелкнул пальцами и, помолчав с минуту, продолжал:

— Надеюсь, Лора до самого конца не поймет, насколько это серьезно. Так лучше, не будет бесполезных метаний в поисках лекарства — ведь его не существует. Бедная Лора. Джеймс, ты ей ничего не скажешь?