Лора глубоко вздохнула и попыталась собраться с духом. Взгляд Уайлдера словно пригвоздил ее к стенке — так коллекционер расправляется с беззащитной бабочкой. Эти глаза подмечали все, и ей почудилось, будто в их сверкающей глубине что-то промелькнуло. Быть может, сочувствие?

Не в силах сдержать слезы, Лора повернулась и взбежала наверх.

Никогда еще коридор не казался таким длинным. Ворвавшись наконец в свою комнату, Лора захлопнула дверь, повернула ключ и упала на кровать.

Нет, умирать она не собирается! Это наверняка страшная ошибка — доктор уже стар, мог что-то перепутать. О Господи, ведь этого просто не может быть. Она отказывается умирать!

Шон Уайлдер вопросительно взглянул на хозяина дома, однако не поинтересовался, кто эта пугливая особа. Столь глубокое впечатление он производил на женщин нечасто. К тому же в таких случаях они обычно бежали к нему навстречу, а не прочь. Скорее всего, ее напугал его рост — девушка была невысокая, миниатюрная, но, признаться, очень привлекательная, с округлостями во всех нужных местах. Он готов был поспорить на свой последний гонорар, что формы у нее свои, и ухищрения с модным бельем здесь ни при чем. Хотелось бы знать, как будут смотреться эти каштановые волосы, если высвободить их из узла и распустить по плечам… Тут Шон вспомнил, что в ее больших серых глазах уже стояли слезы, когда он ее увидел. Значит, она убежала не из-за него.

— Это была моя сестра, — пояснил Лэм. — Она неважно себя чувствует, так что прошу за нее прощения.

— Кажется, она чем-то расстроена, — заметил Шон.

Мидлбрук пожал плечами.

— Вы же знаете, у женщин время от времени бывают мигрени. Сегодня утром к ней заходил врач.

— Надеюсь, ничего серьезного? — Шону вдруг очень захотелось, чтобы ответ на этот вопрос рассеял его опасения. Поймав себя на этом, он удивился. В конце концов, какая ему разница? Да и потом, он видел множество женщин, чьи беды не могли привидеться этой избалованной девице даже в самом страшном сне.