– Люся, как ты можешь так говорить о человеке? К тому же он не выберется, мы его закрыли.

– Закрыли, – усмехнулась та. – Как будто для настоящего профессионала в воровском деле это непреодолимое препятствие.

Аптека находилась неподалеку, им повезло, она оказалась круглосуточной. Возвращаясь назад с лекарствами, которые обошлись Светлане в крупную сумму, она внезапно остановилась:

– Люся! Я знаю, кто он! – И она показала на лекарства.

– Сам Брынцалов?! – обрадовалась подруга. – Вот нам повезло! Откроем аптечный киоск на углу…

– Люся, он врач! – Светлана радовалась своему открытию. – Точно врач. Никто другой не смог бы выписать рецепт. Ты только посмотри, – они остановились под тусклым фонарем и принялись разглядывать бумажку. – Каракульки на латинском языке, как у всех врачей. Я знаю, я недавно на больничном отсидела. А аптекарша все прекрасно разобрала, привыкла к каракулькам. Вот если бы ты себе выписала пурген на латыни, она бы точно не разобрала.

– Ничего бы я себе выписывать не стала, – пробурчала подруга. – Я же не доктор.

– Вот, и я о том же! – закричала довольная Светлана. – А он – доктор! Доктор он!

И она побежала по лужам, спеша рассказать незнакомцу о своем открытии.

В квартире было пусто. На диване никто больше не валялся, в кухне за чаем никто не сидел.

– Все, – констатировала Люся, – смылся. Проверь вещи, что он не успел унести. Врач, врач, заврачевал нам, блондинкам, мозги.

– Тише, – прошептала Светлана, – кто-то поет в ванной! Бекхем! Вы здесь?!

– Вернулись? – На пороге ванны возник загорелый торс незнакомца. – Извините, я тут у вас полотенце позаимствовал, принял душ. – Он показал на полотенце, обмотанное на бедрах.