А вот он, пиджачок, как-то случайно оказался поблизости. Светлана вздохнула и принялась проводить инспекцию. Ей было совестно лазить по чужим карманам, но женское любопытство и благоразумие толкали на этот не слишком красивый поступок. Впрочем, отчего же некрасивый? Если рассудить справедливо, то получается, что она лишь интересуется личностью, которая находится у нее в квартире, на ее диване и претендует на ее внимание. Когда, конечно, протрезвеет и проснется. В карманах паспорта не оказалось. Странно, там вообще ничего не оказалось. Это слегка озадачило девушку. Безусловно, это не женские карманы, а тем более не женская сумочка, где можно найти тысячу и одну мелочь. Но чтобы было пусто до такой степени?!

Светлана перевела взгляд на брюки форварда. Он лежал боком, если приноровиться, то можно заглянуть и в задний карман, и в один из боковых. Совестно? А если он окажется сбежавшим маньяком, который изнасиловал десятки женщин? Она вздохнула, чего уж себе врать-то. С таким практически любая согласится добровольно провести время в любовных утехах. Никакой он не маньяк. Но и она не доброволец и не собирается иметь с ним ничего такого. Или собирается? Незнакомец не шевелился. Светлана осторожно залезла к нему в боковой карман. Так, уже что-то. Тянем, тянем, как репку за хвостик… Из бокового кармана дорогих брюк незнакомца она выудила остатки воблы. Куда ее деть? Засунуть обратно в карман? Слишком рискованно. Лучше сунуть ему в руку. Она аккуратно вложила рыбий хвостик незнакомцу в руку. Задний карман не преподнес подобных сюрпризов. Он так же, как и пиджак, был совершенно пуст.

Азарт – страшная сила. Если женщина азартна, то остановить ее не сможет никакая сила. А уж тем более какая-то вшивая интеллигентность вкупе с совестью. Светлана прищурилась, наклонилась над незнакомцем и быстрым жестом перевернула его на спину. Еще один рывок, и он оказался на боку. Она присела, стараясь дышать как можно тише. Субъект ничего не почувствовал. Зато еще два кармана открыли свободный доступ к своим тайнам. Но и здесь ее постигло разочарование – в них ничегошеньки не оказалось! Карман рубашки, естественно, был пуст.