– Я, кажется, вас прервал.

Ник обернулась. У столика стоял Аби Джемаль собственной персоной и улыбался. Аби явно не такой непробиваемый, как сестра, подумала Ник. Он уже понял, что с ней в эти игры играть нельзя.

– Аби, – протянула Белл. – Дорогой, объясни ты, будь добр, моей сестре, что она ведет себя как идиотка.

– Аби, – с места в карьер бросилась Ник. – Чья это идея? Белл или твоя?

Аби посмотрел на жену, и на его красивом лице появилось недоумение.

– О чем это вы?

– Я и сама не пойму. Я ей об Александре Татакисе, а она в бутылку полезла.

Ник вскочила и посмотрела в глаза Аби.

– Неважно, кто из вас все это придумал. Скажите вашему Александру Татакису…

– Что сказать ему? – раздался голос.

Ник замерла. «Только один человек на свете мог произнести два слова таким тоном, будто он произносит их на ухо женщине, лежащей в его объятиях. Ради Бога, пусть мне это все снится, и я сейчас проснусь. Или лучше бы мне провалиться сквозь землю», – подумала Ник.

Но это не сон, а Александр Татакис во всем своем мужском великолепии. Ник стояла не дыша. Александр прошел мимо нее, подошел к Белл, повернулся и уставился на нее. Ник вдруг поняла, что выражение «у него отпала челюсть» не пустые слова. Именно так он смотрел на нее.

Он так же не ожидал ее увидеть, как и она его.

Но это… это же значит, что никто не знал о случившемся. Ни Аби. Ни Белл. К Ник вернулось самообладание. Но не надолго. Не знали, так узнают. Сейчас.

– Ник? – проговорил Аби и обнял свояченицу за талию. – Тебе плохо?

– Нет, нет. Все в порядке. Я только…

Только – что? Что ей делать? Повернуться и бежать или ждать, когда произойдет что-то ужасное. Собственно выбора нет. Она не побежит. Ни от кого и ни от чего в жизни она не бегала… Только от этого человека… Все эти дни она уверяла себя, что в тот вечер вовремя опомнилась и не дала событиям принять скверный оборот. Но сейчас, глядя на живого Александра Татакиса, она вынуждена признать правду.