Зал для занятий был пуст и освещался только бледно-красным светом аварийных ламп. В зеркале мы отражались одними только силуэтами: гигант и маленькая девочка. Подняв девочку, гигант уложил ее на тренировочную скамейку, расположенную под углом в сорок пять градусов, и их тела соединились.

Меня поразила мягкость его губ, свежесть его дыхания. Но скоро это ощущение было вытеснено другим – я с наслаждением почувствовала, как мне в пах уперлось что-то восхитительно твердое – прелюдия грядущих наслаждений. Он был тяжел, настойчив, а член его доставлял мне изумительное неудобство. Я чувствовала, как его язык исследует мой страждущий рот, лижет мою шею, а потом – мои изящные маленькие груди. Ухватившись за край скамейки, Рико притиснулся ко мне, потом он скользнул вниз всем телом – грубое, животное движение, потом вернулся наверх, чтобы еще раз прижаться своими губами к моим. Кожа его была солоноватой, а запах отдаленно напоминал запах миндаля и свежих фруктов.

Он опять поднял меня и понес – так, словно я пушинка. Какое восхитительное ощущение. Он подошел к другой скамейке и мягко опустил меня на нее. Эта скамейка была строго горизонтальной и оснащена ручками. Потом он подвинул меня так, чтобы на скамейке осталась только верхняя часть моего тела, а все остальное – начиная от копчика – свисало вниз. Чтобы не упасть, я ухватилась за перекладину у меня над головой. Мне даже страшновато стало – что же дальше-то? Внезапно мне захотелось наблюдать за происходящим со стороны в качестве зрителя. Я повернула голову в сторону и в зеркале увидела гибкое тело Рико – он развел пошире мои ноги и устроился передо мной на коленях. На мгновение он замер, взглянул на меня, взглянул на тело, распростертое перед ним и ждущее его.